Запрет на аборты глазами врача

Сейчас, когда Верховный суд становится все более консервативным, многие люди, которые поддерживают право женщины выбрать аборт, боятся, что решение по делу «Ро против Уэйда» 1973 года, которое предоставило им это право, может быть отменено. Когда возникают такие опасения, мы часто слышим об «ужасных старых временах» до дела Ро. В то же время сейчас уже мало врачей, которые смогли бы рассказать о своем личном опыте в связи с этим. Я могу.

Я гинеколог на пенсии, уже сильно за 80. Мое обучение по специальности проходило в Нью-Йорке с 1948 по 1953 год, в двух крупнейших городских больницах. В них я видел и лечил практически все осложнения от подпольных абортов, которые только возможны. Аборт делала либо сама пациентка, либо наемный человек - как правило, невежественный, неумелый и, вероятно, безразличный. Пациентка никогда не говорила нам, ни кто это сделал, ни где и при каких обстоятельствах это произошло. Ей срочно была нужна наша помощь, чтобы завершить процесс или, что часто бывало, исправить ущерб, который был причинен.

Пациентка также не объясняла, почему она пыталась сделать аборт, и мы не спрашивали. Это решение, которое приняла она сама, по причинам, которые касаются только ее. Было ясно только одно. Женщина подвергала себя ужасному риску, и она в буквальном смысле не знала, выживет она или умрет. Было очевидно и другое. Ее отчаянная потребность прервать беременность вынуждала ее выбирать абсолютно любой доступный метод.

Знакомый символ нелегальных абортов - проволочная вешалка для одежды. Может быть это и символ, но он основан не на мифе. В годы моей работы в Нью-Йорке несколько женщин поступали в больницу, когда вешалка была еще в матке. Когда вешалку вводили в матку - это могла делать и сама женщина - она застревала в шейке матки, и ее невозможно было достать.

У нас тогда не было ультразвука или других методов сканирования общепринятых сегодня. Женщине давали анестезию, и мы удаляли кусок металла, задержав дыхание, потому что было неизвестно, проткнула ли вешалка матку и прошла ли в брюшную полость. К счастью, в тех случаях, которые я видел, этого не произошло.

Тем не менее, использовались не только простые вешалки. Для прерывания беременности применялись все инструменты, которые только можно вообразить - штопальные иглы, вязальные крючки, граненые солонки, бутылки из-под содовой - иногда целые, а иногда и с отбитым горлышком.

Другой метод, с которым я сам не встречался, но о котором я слышал от коллег из других больниц - мыльный раствор, который вводился шприцем в матку. Это могло привести к почти моментальной смерти, если пузырек раствора попадал в кровеносный сосуд и переносился в сердце.

Самый худший случай, который я видел, и я надеюсь, что такого больше никто не увидит - медсестра, которая поступила в больницу с тем, что было похоже на частично вышедшую пуповину. Однако при осмотре мы сразу поняли, что это не пуповина, а часть ее собственного кишечника, которая была вытащена крюком для проведения аборта. Потребовалось шесть часов операции, чтобы удалить инфицированную матку и яичники, а также восстановить часть кишечника, которая еще могла функционировать.

Важно помнить, что решение по делу «Ро против Уэйда» не означало, что будут проводиться аборты. Они всегда проводились, еще в Древней Греции.
На самом деле решение означало, что прерывание беременности будет проводиться медицинским персоналом, в адекватных медицинских условиях. И таким образом, женщины, наконец, получат права людей первого класса, а врачи получат свободу лечить их как таковых.

Источник:

http://www.nytimes.com/2008/06/03/health/views/03essa.html?_r=2&oref=slogin&oref=slogin